форум чернобыльцев

общение, помощь, советы по проблемам участников ликвидации катастрофы на ЧАЭС и пострадавших от неё, и др. техногенных катастроф
Текущее время: 28 июн 2022, 08:18

Часовой пояс: UTC + 4 часа [ Летнее время ]




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 11 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 09 ноя 2012, 14:50 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 мар 2007, 18:27
Сообщения: 519
Откуда: Киров
КС РФ вынес постановление №24-П/2012 по делу о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в истолковании, приданном ее положениям в правоприменительной практике после вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П, в связи с жалобой гражданина Р.Инамова (аналог дала Рузайкина).


Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 09 ноя 2012, 15:00 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 мар 2007, 18:27
Сообщения: 519
Откуда: Киров
Именем
Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

по делу о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в истолковании, приданном ее положениям в правоприменительной практике после вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П, в связи с жалобой гражданина Р.Инамова


город Санкт-Петербург 7 ноября 2012 года

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, .Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,

руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 471, 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в истолковании, приданном ей правоприменительной практикой после вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П.

Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина Р.Инамова. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые в жалобе законоположения в их истолковании правоприменительной практикой, сложившейся после вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П.

Заслушав сообщение судьи-докладчика C.Д.Князева, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Заявитель по настоящему делу гражданин Р.Инамов, проходивший военную службу с 16 ноября 1970 года по 31 марта 1997 года, в январе 1987 года принимал участие в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС. 25 августа 2000 года он был признан инвалидом III группы вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы в связи с аварией на Чернобыльской АЭС, с установлением 40 процентов утраты профессиональной трудоспособности (с 4 июля 2003 года ему установлены II группа инвалидности и 100 процентов утраты трудоспособности). Как военнослужащему, получающему пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, выплата ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью Р.Инамову согласно абзацу третьему пункта 2 части первой статьи 29 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в редакции Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 179-ФЗ не производилась, и за ее установлением он не обращался.

После вступления в силу Федерального закона от 12 февраля 2001 года №5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», принятого в том числе во исполнение Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 1 декабря 1997 года № 18-П, Р.Инамову как инвалиду III группы с 15 февраля 2001 года была назначена ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда здоровью в твердой денежной сумме в размере 1000 рублей и единовременно выплачена неполученная денежная компенсация за период с 25 августа 2000 года по 15 февраля 2001 года, исчисленная исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности.

Бердский городской суд Новосибирской области решением от 6 апреля 2004 года отказал Р.Инамову, полагавшему, что причитающаяся ему ежемесячная денежная компенсация должна исчисляться исходя из утраченного заработка в размере 14 484 рубля 98 копеек, в удовлетворении исковых требований к Военному комиссариату Новосибирской области и Министерству обороны Российской Федерации в части назначения с 1 ноября 2003 года указанной ежемесячной денежной суммы и взыскания недополученных сумм возмещения вреда за прошлый период (с 25 августа 2000 года по 31 октября 2003 года). В обоснование своего решения суд первой инстанции сослался на то, что предусматривающие для граждан – инвалидов вследствие чернобыльской катастрофы выплату ежемесячной денежной компенсации в твердой сумме в зависимости от группы инвалидности, а не исходя из утраченного заработка, положения статей 14 и 29 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в редакции Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ в нормативном единстве с частями первой и второй статьи 2 данного Федерального закона не предоставляют инвалидам-чернобыльцам, обратившимся за возмещением вреда после его вступления в силу (а именно к их числу относится истец), право выбирать способ определения размера компенсации в возмещение вреда. Решение Бердского городского суда Новосибирской области от 6 апреля 2004 года в указанной части оставлено без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 8 июня 2004 года и вступило в законную силу.

В связи с принятием Конституционным Судом Российской Федерации Постановления от 20 декабря 2010 года № 21-П по делу о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ Р.Инамов 31 января 2011 года обратился в Бердский городской суд Новосибирской области с заявлением о пересмотре его решения по вновь открывшимся обстоятельствам. Отказ в пересмотре указанного решения (определение Бердского городского суда Новосибирской области от 11 мая 2011 года, оставленное без изменения кассационным определением Новосибирского областного суда от 5 июля 2011 года) и в передаче надзорной жалобы Р.Инамова на это решение для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции (определение судьи Новосибирского областного суда от 5 сентября 2011 года), а также в передаче его надзорной жалобы на определения судов первой и кассационной инстанций для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации (определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 26 октября 2011 года) суды, ссылаясь на пункт 5 части второй статьи 392 ГПК Российской Федерации, мотивировали тем, что Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ не была признана не соответствующей Конституции Российской Федерации и что заявитель не являлся участником конституционного судопроизводства по данному делу.

Вместе с тем в кассационном определении Новосибирского областного суда от 5 июля 2011 года и определении судьи Новосибирского областного суда от 5 сентября 2011 года Р.Инамову было разъяснено, что решение Бердского городского суда Новосибирской области от 6 апреля 2004 года не препятствует пересмотру во внесудебном порядке размера ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного воздействием радиации в связи с чернобыльской катастрофой, с момента провозглашения Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П. Однако Военный комиссариат Новосибирской области, рассмотрев обращение Р.Инамова, в назначении ему с 20 декабря 2010 года ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью как инвалиду вследствие чернобыльской катастрофы исходя из размера утраченного заработка и степени утраты трудоспособности (с последующей индексацией в установленном законом порядке) отказал.

Бердский городской суд Новосибирской области, рассмотрев дело по иску Р.Инамова к Военному комиссариату Новосибирской области и Министерству обороны Российской Федерации, определением от 17 октября 2011 года прекратил производство по данному делу на том основании, что истец к категории лиц, указанных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П, не относится, а изменение даты, с которой он просил назначить ежемесячную денежную компенсацию в возмещение вреда здоровью исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности, не означает изменение предмета или основания иска. Данное определение оставлено без изменения кассационным определением Новосибирского областного суда от 6 декабря 2011 года и определением судьи Новосибирского областного суда от 29 февраля 2012 года. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 15 мая 2012 года в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации заявителю также отказано.

Гражданин Р.Инамов, обращаясь к Конституционному Суду Российской Федерации за защитой своих конституционных прав, просит признать часть первую статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ не соответствующей статье 19 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой ее положения – по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, включая практику Верховного Суда Российской Федерации, – препятствуют удовлетворению заявлений инвалидов вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих о назначении ежемесячной денежной компенсации в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью, – притом что право этих лиц на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года № 18-П, но за установлением соответствующих выплат до введения в действие данного Федерального закона они не обращались, и что в отношении них имеются вступившие в законную силу судебные решения об отказе в исчислении размера ежемесячной денежной компенсации исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности, вынесенные до принятия Конституционным Судом Российской Федерации Постановления от 20 декабря 2010 года № 21-П, – либо подтвердить, что в его конкретном деле часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ была применена судами вопреки ее конституционно-правовому смыслу, выявленному Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 20 декабря 2010 года № 21-П, сохраняющем силу.

При принятии жалобы гражданина, объединения граждан к рассмотрению Конституционный Суд Российской Федерации, как того требуют предписания части второй статьи 36 и статьи 74 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», устанавливает наличие основания к возбуждению конституционного судопроизводства по данной жалобе, исходя не только из буквального смысла подлежащего проверке законоположения, но и из смысла, который придан ему официальным и иным толкованием и воспринят правоприменительной практикой при разрешении конкретных дел. Следовательно, если в правоприменительной практике законоположению, конституционно-правовой смысл которого был выявлен Конституционным Судом Российской Федерации в сохраняющем силу постановлении, посредством толкования был придан иной смысл, притом что у заявителя исчерпаны все другие возможности судебной защиты, Конституционный Суд Российской Федерации вправе принять к рассмотрению его жалобу на нарушение конституционных прав и свобод тем же законоположением в его новом истолковании в порядке статьи 471 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Соответственно, исходя из требований статей 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» является предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу постольку, поскольку содержащиеся в ней положения – по смыслу, придаваемому им в правоприменительной практике после провозглашения Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П, – служат основанием для отказа инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих, получающих пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, право которых на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года № 18-П, но которые не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, в назначении ежемесячной денежной компенсации в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).

2. В Постановлении от 20 декабря 2010 года № 21-П Конституционный Суд Российской Федерации, опираясь на положения Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 1, 2, 7, 18, 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 42 и 53, пришел к выводу, что часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» – по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования – не может рассматриваться как препятствующая назначению инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих, получающих пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, право которых на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года № 18-П, но которые не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, ежемесячной денежной компенсации в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности). В противном случае, как подчеркнул Конституционный Суд Российской Федерации, указанным лицам не обеспечивались бы условия предоставления выплат в возмещение вреда, равные с предусмотренными для инвалидов-чернобыльцев, получавших возмещение вреда до 15 февраля 2001 года, и тем самым не соблюдался бы конституционный принцип равенства, гарантирующий защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод и означающий, помимо прочего, запрет вводить такие ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания.

Постановление от 20 декабря 2010 года № 21-П, которым часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ признана не противоречащей Конституции Российской Федерации в ее конституционноправовом смысле, выявленном Конституционным Судом Российской Федерации, сохраняет свою силу и в соответствии со статьей 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации и конкретизирующими ее положениями статей 6, 79 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» с момента провозглашения действует непосредственно, не требует подтверждения другими органами и должностными лицами, является обязательным на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений.

3. Неоднократно обращаясь к вопросу о юридических последствиях своих решений, Конституционный Суд Российской Федерации сформулировал следующие правовые позиции (постановления от 16 июня 1998 года № 19-П, от 25 января 2001 года № 1-П, от 21 декабря 2011 года № 30-П, от 28 февраля 2012 года № 4-П, от 7 июня 2012 года № 14-П, определения от 11 ноября 2008 года № 556-О-Р, от 5 октября 2011 года № 1265-О-О и др.). Оценивая в процессе конституционного судопроизводства как буквальный смысл проверяемой нормы, так и смысл, придаваемый ей официальным и иным толкованием (в том числе толкованием в конкретном деле) или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из ее места в системе норм, как того требует часть вторая статьи 74 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации признает норму конституционной (соответствующей Конституции Российской Федерации) или неконституционной (не соответствующей Конституции Российской Федерации) и тем самым выявляет ее конституционный или неконституционный смысл, что находит отражение в формулировке резолютивной части решения (применительно к решению, вынесенному по итогам рассмотрения жалобы гражданина, в соответствии с частью первой статьи 100 данного Федерального конституционного закона – о признании закона либо отдельных его положений соответствующими Конституции Российской Федерации (пункт 1) или не соответствующими Конституции Российской Федерации (пункты 2 и 3).

Вместе с тем, если суд общей юрисдикции, арбитражный суд, применив норму в конкретном деле, дал ей истолкование, не соответствующее Конституции Российской Федерации, т.е. придал ей неконституционный смысл, в результате чего были нарушены конституционные права гражданина, Конституционный Суд Российской Федерации, проявляя разумную сдержанность, предопределяемую его конституционными правомочиями и местом в системе разделения властей, вправе, как это следует из статей 10, 118 и 125 Конституции Российской Федерации и статей 3, 36, 74, 75, 86, 96, 97 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», – не удаляя саму оспариваемую заявителем норму из правовой системы, поскольку это может существенно повлиять на ее функционирование в целом и создать трудности в правоприменении, в частности обусловленные возникновением в таком случае пробела в правовом регулировании, – устранить неопределенность в интерпретации данной нормы с точки зрения соответствия Конституции Российской Федерации, признав ее не противоречащей Конституции Российской Федерации в выявленном в результате конституционного судопроизводства конституционно-правовом смысле и определив тем самым конституционные условия ее действия и применения, за пределами которых норма утрачивает свою конституционность.

В силу верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации (статья 4, часть 2; статья 15, части 1 и 2; статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации) Конституционный Суд Российской Федерации, к исключительной компетенции которого относится признание нормативных актов неконституционными, утрачивающими силу и, следовательно, недействующими и не подлежащими применению (статья 125, часть 6, Конституции Российской Федерации), не может быть лишен возможности устанавливать конституционный режим применения нормы, которая сама по себе признана им не противоречащей Конституции Российской Федерации, с тем чтобы исключить неконституционное истолкование этой нормы в правоприменении. При этом норма, признанная не противоречащей Конституции Российской Федерации в конституционноправовом смысле, выявленном Конституционным Судом Российской Федерации, сохраняет юридическую силу и действует (и, соответственно, подлежит применению) именно в пределах ее конституционно-правовой интерпретации; норма, конституционно-правовой смысл которой выявлен Конституционным Судом Российской Федерации, может действовать и применяться только в нормативном единстве с подтвердившим ее конституционность решением Конституционного Суда Российской Федерации; иное понимание последствий конституционно-правового истолкования нормы означало бы возможность ее применения в противоречие Конституции Российской Федерации и не соответствовало бы правовой природе и юридической силе решений Конституционного Суда Российской Федерации.

Решения Конституционного Суда Российской Федерации, которыми подтверждается конституционность нормы именно в данном им истолковании и тем самым исключается любое иное, т.е. неконституционное, ее истолкование и применение, имеют в этой части такие же последствия, как и признание нормы не соответствующей Конституции Российской Федерации, влекущее утрату ею юридической силы, и такую же сферу действия во времени, в пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа, а значит, такое же, как нормативные акты, общее значение, не присущее правоприменительным по своей природе актам судов общей юрисдикции и арбитражных судов. Вследствие этого любые постановления Конституционного Суда Российской Федерации, в том числе те, в которых выявляется конституционно-правовой смысл того или иного законоположения, исключающий любое иное его истолкование, являются
окончательными, не могут быть пересмотрены другими органами или преодолены путем повторного принятия отвергнутого неконституционного акта либо посредством применения нормативного правового акта в истолковании, расходящемся с его конституционно-правовым смыслом, а также обязывают всех правоприменителей, включая суды общей юрисдикции и арбитражные суды, действовать в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации. Иное означало бы, что суд общей юрисдикции или арбитражный суд могут осуществлять истолкование акта, придавая ему иной смысл, нежели выявленный в результате проверки в конституционном судопроизводстве, и тем самым подменять Конституционный Суд Российской Федерации, чего они в силу статей 118, 125, 126, 127 и 128 Конституции Российской Федерации делать не вправе.

Юридическое последствие решения Конституционного Суда Российской Федерации, в котором выявляется конституционно-правовой смысл нормы, – прекращение ее действия (и, соответственно, применения) в неконституционном истолковании и, как следствие, утрата ею силы на будущее время в любом ином – расходящемся с выявленным конституционноправовым – смысле, допускавшемся в прежнем ее понимании. Это означает, что такая норма – по общему правилу, вытекающему из статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации, частей первой, третьей и пятой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», – с момента вступления решения Конституционного Суда Российской Федерации в силу не должна толковаться каким-либо иным образом и применяться в каком-либо ином смысле, а правоприменительные органы обязаны учитывать сформулированную в нем позицию Конституционного Суда Российской Федерации относительно того, соответствует ли Конституции Российской Федерации смысл данной нормы, придаваемый ей правоприменительной практикой.

Исключения из общего правила, фиксирующего юридические последствия принятого по результатам конституционного судопроизводства итогового решения, могут быть обусловлены только тем, что Конституционный Суд Российской Федерации вправе в самом постановлении определить как порядок его вступления в силу, так и порядок, сроки и особенности исполнения (пункт 12 части первой статьи 75 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»), в том числе, исходя из необходимости обеспечения стабильности правоотношений в интересах субъектов права, отсрочить исполнение своего постановления и связать обязательность применения нормы с учетом выявленного им конституционно-правового смысла не с моментом вступления данного постановления в силу, а с иной, прямо указанной в его тексте, датой (сроком).

4. Поскольку в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П не содержится никаких оговорок, предусматривающих особый порядок его исполнения, сформулированная в нем правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, раскрывающая конституционно-правовой смысл части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», в силу статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации и части пятой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» подлежит учету правоприменительными органами с момента
провозглашения данного Постановления, т.е. с 20 декабря 2010 года. Соответственно, для граждан, не являвшихся участниками конституционного судопроизводства, решения по делам которых об отказе в исчислении размера ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности были вынесены и вступили в законную силу до принятия Конституционным Судом Российской Федерации Постановления от 20 декабря 2010 года № 21П, не исключается возможность повторного обращения в органы, на которые возложены функции назначения и выплаты указанной ежемесячной денежной компенсации, за ее перерасчетом с момента вступления в силу данного Постановления Конституционного Суда Российской Федерации, а в случае отказа в перерасчете – в суд (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 июня 2011 года № 832-О-О и от 11 мая 2012 года № 716-О).

Между тем, как следует из документов, представленных в Конституционный Суд Российской Федерации гражданином Р.Инамовым, положения части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» были применены в его деле без учета правовой позиции, сформулированной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П. Тем самым правоприменительные органы, включая суды общей юрисдикции, придали этим законоположениям истолкование, расходящееся с их конституционно-правовым смыслом, ранее выявленным Конституционным Судом Российской Федерации, что повлекло за собой их неконституционную интерпретацию и, соответственно, нарушение конституционных прав заявителя, восстановить которые (учитывая, что судебные решения вступили в законную силу и прошли проверку в Верховном Суде Российской Федерации) невозможно, не прибегая на основании статей 46 (часть 1) и 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации к обращению в Конституционный Суд Российской Федерации.

Если оспариваемая заявителем норма, ранее признанная неконституционной постановлением Конституционного Суда Российской Федерации, сохраняющим свою силу, применена судом в конкретном деле, а подтверждение ее неконституционности – в том числе по смыслу, придаваемому ей официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, – необходимо для устранения фактов нарушений конституционных прав и свобод граждан в правоприменительной практике, Конституционный Суд Российской Федерации в силу части первой статьи 471, части второй статьи 74 и части первой статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» обязан констатировать, что такая норма не соответствует Конституции Российской Федерации. Применительно к случаям, когда та или иная норма была признана в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации не противоречащей Конституции Российской Федерации при условии ее истолкования и применения исключительно в выявленном конституционно-правовом смысле, но продолжает – вопреки требованиям статей 10, 15 (часть 1), 118 (часть 2) и 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации – использоваться в правоприменительной практике в интерпретации, расходящейся с ее конституционно-правовым смыслом, это означает, что Конституционный Суд Российской Федерации вправе признать
такую норму, с учетом придаваемого ей официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой нормативного содержания, не соответствующей Конституции Российской Федерации.


Таким образом, поскольку применение в деле гражданина Р.Инамова части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в истолковании, расходящемся с конституционно-правовым смыслом ее положений, выявленным в сохраняющем силу Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П, привело к нарушению прав заявителя, гарантированных статьями 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 42 и 53 Конституции Российской Федерации, устранение которого невозможно вне рамок конституционного судопроизводства, Конституционный Суд Российской Федерации полагает необходимым констатировать неконституционность этих законоположений в интерпретации, отвергающей их ранее выявленный конституционно-правовой смысл и позволяющей судам общей юрисдикции, включая Верховный Суд Российской Федерации, и иным правоприменителям после провозглашения Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П отказывать в назначении инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих, получающим пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, право которых на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года № 18-П, но которые не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, ежемесячной денежной компенсации в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).

Признание в настоящем деле части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ не соответствующей Конституции Российской Федерации в истолковании, расходящемся с конституционно правовым смыслом ее положений, выявленным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П, необходимое для восстановления нарушенных прав заявителя и устранения фактов неконституционной интерпретации данных законоположений в правоприменительной практике, вместе с тем не означает, что сформулированные в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П правовые позиции утрачивают свое значение.

В силу статей 4 (часть 2), 10, 15 (части 1 и 2), 118 (часть 2), 120 (часть 1) и 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации суды общей юрисдикции, равно как и иные органы и должностные лица публичной власти обязаны начиная с 20 декабря 2010 года применять часть первую статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» только в нормативном единстве с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П, в котором выявлен конституционноправовой смысл ее положений.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 471, частью второй статьи 71, статьями 72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать часть первую статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 42, 46 (часть 1), 53 и 125 (части 4 и 6), в той мере, в какой содержащиеся в ней положения – в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П, сохраняющем силу, – служат основанием для отказа в назначении инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих, получающим пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, право которых на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года № 18-П, но которые не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).

2. Правоприменительные решения, вынесенные в отношении гражданина Инамова Рахимжана на основании признанных настоящим Постановлением не соответствующими Конституции Российской Федерации положений части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года № 21-П, сохраняющем силу, подлежат пересмотру в обычном порядке.

3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

4. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете» и «Собрании законодательства Российской Федерации». Постановление должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».


Конституционный Суд
Российской Федерации

№ 24-П


Последний раз редактировалось Наговицын Юрий 15 ноя 2012, 07:38, всего редактировалось 2 раз(а).

Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 12 ноя 2012, 17:29 
Не в сети
Site Admin
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 мар 2007, 19:47
Сообщения: 2999
Откуда: г. Рязань [email protected]
Это постановление можно посмотреть вот здесь:
http://base.consultant.ru/cons/cgi/onli ... W;n=137582

http://www.rg.ru/2012/11/16/chernobil-dok.html

_________________
В любом человеке есть все человеческое: самое лучшее и самое худшее.
Луи Лавель.


Последний раз редактировалось Виктор Митрофанович 16 ноя 2012, 08:54, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 14 ноя 2012, 11:09 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 мар 2007, 18:27
Сообщения: 519
Откуда: Киров
А почему бы Инамову не предъявить иск о возмещении морального вреда, причиненного незаконными действиями судей. Ведь КС РФ обязал суды пересмотреть решения по Иманову, т.е., фактически, признал их незаконными. Скорее всего, суды откажут в таком иске, сославшись на какую-либо норму закона, тогда появится возможность обжаловать эту норму в КС РФ. И если КС РФ действительно заинтересован в том, чтобы были какие-то меры ответственности за неисполнение его решений, то он может вынести положительное решение, признав право граждан на возмещение морального вреда в таких случаях. Это может несколько отбить охоту у ВС РФ игнорировать решения КС РФ.


Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 15 мар 2013, 22:27 
Не в сети

Зарегистрирован: 13 фев 2011, 13:45
Сообщения: 2
04.03.2010г. Георгиевским городским судом было вынесено решение, которым мне было отказано в перерасчёте ВВЗ из заработка перед окончанием работ на ЧАЭС.В дополнении к этому суд в решении указал, что с июня 1999г. я не являлся получателем ВВЗ по своему личному заявлению в котором я отказался от получения ВВЗ в связи с переходом на получение второй пенсии. Как потом выяснилось заявление оказалось фальсификацией. Это подтверждено и независимой экспертизой и постановлением следственных органов об отказе в возбуждении уг.дела в связи с истечением срока давности. УТСЗН с июля 1999г. и по февраль 2001г ВВЗ мне не платило. В 2001 году после принятия ФЗ №5 мне стали выплачивать ВВЗ в твёрдой сумме 2500р. при этом не доплаченные суммы мне возвращены не были. Инвалидом я был признан в 1992г. С 1992г по август 2000г вторая пенсия мне тоже не платилась, хотя я имел на это право с мая 1997г (исполнилось 50 лет). Принимал участие в ликвидации аварии на ЧАЭС с 05.09.1986г по 27.12.1986г. Имеется архивная справка МО, о том что в 1986г я принимал участие в ликвидации аврии на ЧАЭС и проходил службу в в/ч 41173 в должности командир взвода в звании ст.лейтенант, проработал в 3-й зоне опасности 23 дня. После принятия КС РФ Постановления по делу Рузайкина я подал заявление в суд о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам. Моё заявление в связи с моей болезнью было оставлено без рассмотрения.После принятия КС РФ Постановления №24 по жалобе Инамова , я вновь обратился в суд с заявлением о прересмотре решения суда от04.03.2010г. по вновь открывшимся и новым обстоятельствам. В качестве доказательств ссылался и на фальсификацию и на архивную справку МО и на последние (три) постановления КС РФ. В пересмотре мне отказали. Аргументы:
1. Не являлся участником Конституционного процесса;
2.нет вступившего в законную силу приговора суда о фальсификации;
3.не отношусь к категории кадровых военнослужаших т.к был призван из запаса;
Вот такие дела. Сейчас готовлю частную жалобу, но думаю, что всё бесполезно Суды Ставропольского края уже скорее всего получили ценные указания как поступать в такой ситуации.


Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 15 мар 2013, 23:38 
Не в сети
Site Admin
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 мар 2007, 12:31
Сообщения: 808
Николай и К писал(а):
Как потом выяснилось заявление оказалось фальсификацией. Это подтверждено и независимой экспертизой и постановлением следственных органов об отказе в возбуждении уг.дела в связи с истечением срока давности. УТСЗН с июля 1999г. и по февраль 2001г ВВЗ мне не платило. ....В качестве доказательств ссылался и на фальсификацию и на архивную справку МО и на последние (три) постановления КС РФ. В пересмотре мне отказали. Аргументы:
1. Не являлся участником Конституционного процесса;
2.нет вступившего в законную силу приговора суда о фальсификации;
3.не отношусь к категории кадровых военнослужаших т.к был призван из запаса;
Вот такие дела. Сейчас готовлю частную жалобу, но думаю, что всё бесполезно Суды Ставропольского края уже скорее всего получили ценные указания как поступать в такой ситуации.

Я бы обжаловал это дальше, особенно факт фальсификации, вплоть до ВС.


Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 24 фев 2014, 23:00 
Не в сети
Site Admin
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 мар 2007, 12:31
Сообщения: 808
КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 января 2014 г. N 134-О

ПО ЖАЛОБЕ
ГРАЖДАН ГУРЬЕВА ВАЛЕРИЯ ВАСИЛЬЕВИЧА, ДЕНИСОВА АЛЕКСАНДРА
МИХАЙЛОВИЧА И ДРУГИХ НА НАРУШЕНИЕ ИХ КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 2 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
ОТ 12 ФЕВРАЛЯ 2001 ГОДА N 5-ФЗ "О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ
И ДОПОЛНЕНИЙ В ЗАКОН РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ "О СОЦИАЛЬНОЙ
ЗАЩИТЕ ГРАЖДАН, ПОДВЕРГШИХСЯ ВОЗДЕЙСТВИЮ РАДИАЦИИ
ВСЛЕДСТВИЕ КАТАСТРОФЫ НА ЧЕРНОБЫЛЬСКОЙ АЭС"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
заслушав заключение судьи О.С. Хохряковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы граждан В.В. Гурьева, А.М. Денисова и других,

установил:

1. Граждане В.В. Гурьев, А.М. Денисов, В.Н. Козылов, А.Г. Кучеренко, В.И. Мантуленко, Д.А. Нестеренко, А.П. Топорков и А.П. Яшин в своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации оспаривают конституционность части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", согласно которой гражданам, получавшим до вступления в силу данного Федерального закона возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы либо с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, выплачивается ежемесячная денежная компенсация, предусмотренная пунктом 15 части первой статьи 14 или пунктом 4 части первой статьи 15 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС"; если размер указанной компенсации не достигает ранее назначенной суммы возмещения вреда, то она выплачивается в ранее назначенной сумме, но не превышающей максимального размера ежемесячной страховой выплаты, установленного федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на очередной финансовый год.
Как следует из представленных материалов, заявители, проходившие действительную военную службу и принимавшие участие в работах по ликвидации последствий чернобыльской катастрофы, в период до 15 февраля 2001 года были признаны инвалидами вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы в связи с аварией на Чернобыльской АЭС. Ежемесячные денежные компенсации в возмещение вреда здоровью всем им были назначены в твердых денежных суммах в зависимости от группы инвалидности с 15 февраля 2001 года, а за период со дня установления инвалидности (но не ранее чем со 2 июня 1998 года) по 14 февраля 2001 года согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 8 июня 2001 года N 455 "Об утверждении порядка и условий возврата недополученных денежных компенсаций гражданам, подвергшимся радиационному воздействию вследствие чернобыльской катастрофы" им были единовременно выплачены недополученные суммы возмещения вреда в размерах, исчисленных из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности.
В 2011 году заявители обратились с исками к Военному комиссариату Волгоградской области (А.М. Денисов, проходивший службу в органах безопасности, - к Управлению Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Волгоградской области) о перерасчете ежемесячных компенсаций в возмещение вреда здоровью исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности и взыскании недополученных сумм за прошлое время (начиная с 15 февраля 2001 года).
В обоснование своих требований они ссылались на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П, в котором был выявлен конституционно-правовой смысл части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ как не препятствующей назначению инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих, получающих пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, право которых на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года N 18-П, но которые не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления в силу Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ, ежемесячных денежных компенсаций в том же размере, в каком им были исчислены недополученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).
Центральный районный суд города Волгограда отказал А.М. Денисову в удовлетворении его требований и частично удовлетворил требования других заявителей. Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда решение суда первой инстанции по делу А.М. Денисова оставила без изменения, а решения по делам других заявителей отменила и вынесла по ним новые решения - об отказе в удовлетворении исковых требований. В передаче надзорных жалоб на рассмотрение судов надзорных инстанций заявителям было отказано определениями судей Волгоградского областного суда и Верховного Суда Российской Федерации.
Как видно из принятых по делам заявителей судебных актов, при разрешении этих дел суды общей юрисдикции посчитали несостоятельными ссылки на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в Постановлении от 20 декабря 2010 года N 21-П, как основанные на ее неверном понимании. В частности, суды указали, что в данном Постановлении признается право соответствующих категорий инвалидов-чернобыльцев на ежемесячную денежную компенсацию в возмещение вреда здоровью в том же размере, в каком им были исчислены недополученные суммы возмещения вреда здоровью за период, предшествовавший введению в действие нового правового регулирования, заявители же воспользовались правом выбора иного варианта определения размера данной выплаты, подав после 15 февраля 2001 года заявления о ее назначении в твердой сумме; с заявлениями в военкомат о перерасчете выплат после вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П они не обращались. Представители органов, уполномоченных на назначение и выплату ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью радиационным воздействием (Военного комиссариата Волгоградской области и Управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Волгоградской области, выступавших в качестве ответчиков по данным делам), в судебных заседаниях ссылались на эти же обстоятельства и, кроме того, настаивали на невозможности перерасчета выплаты исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с тем, что такая выплата до вступления в силу Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ истцам не производилась.
В 2012 году заявители обратились в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой, в которой оспаривали конституционность части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ в истолковании, приданном ее положениям в правоприменительной практике после вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П. По результатам рассмотрения данной жалобы Конституционный Суд Российской Федерации принял Определение от 29 ноября 2012 года N 2218-О, в котором признал ее не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку поставленный заявителями вопрос уже был разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 7 ноября 2012 года N 24-П, сохраняющем свою силу. В то же время, поскольку данная жалоба поступила в Конституционный Суд Российской Федерации до вынесения и вступления в силу указанного Постановления, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь частью второй статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", признал за заявителями право на пересмотр в установленном порядке вынесенных в отношении них правоприменительных решений в той части, в какой они основаны на положениях части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 20 декабря 2010 года N 21-П, и признанных неконституционными Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 7 ноября 2012 года N 24-П, если для этого нет других препятствий.
Получив Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2012 года N 2218-О, заявители обратились в Волгоградский областной суд (А.М. Денисов - в Центральный районный суд города Волгограда) с заявлениями о пересмотре принятых по их делам судебных постановлений по вновь открывшимся (новым) обстоятельствам на основании данного Определения.
Согласно представленным в Конституционный Суд Российской Федерации материалам, отказывая в пересмотре судебных постановлений, суды Волгоградской области ссылались на то, что Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2012 года N 2218-О лишь содержит позицию о возможности пересмотра правоприменительных решений при отсутствии для этого препятствий, из текста же принятых судебных постановлений не следует, что нормы законодательства были применены судами вопреки правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации; заявители добровольно избрали порядок исчисления им ежемесячной денежной компенсации в твердой денежной сумме и после принятия Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П в государственные органы, осуществляющие выплату компенсации, с заявлениями о ее перерасчете исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности не обращались. Кроме того, как указали суды, принятие Конституционным Судом Российской Федерации решения в форме определения не является новым обстоятельством, перечень которых закреплен частью четвертой статьи 392 ГПК Российской Федерации.
Во вновь поступившей в Конституционный Суд Российской Федерации жалобе заявители, повторно ставя вопрос о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ, просят признать ее не соответствующей статьям 1, 2, 7, 10, 15, 17 (части 1 и 2), 19 (части 1 и 2), 39, 42, 45, 53 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку, по их мнению, содержащиеся в ней положения по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют судам общей юрисдикции отказывать инвалидам-чернобыльцам из числа военнослужащих, получающих пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, в перерасчете ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью с исчислением ее размера исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности.
2. Конституционным Судом Российской Федерации по предмету данного обращения ранее были вынесены решения, сохраняющие свою силу.
В Постановлении от 20 декабря 2010 года N 21-П Конституционный Суд Российской Федерации, опираясь на положения Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 1, 2, 7, 18, 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 42 и 53, пришел к выводу о том, что часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - не может рассматриваться как препятствующая назначению инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих, получающих пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, право которых на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года N 18-П, но которые не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, ежемесячной денежной компенсации в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности). В противном случае, как подчеркнул Конституционный Суд Российской Федерации, указанным лицам не обеспечивались бы условия предоставления выплат в возмещение вреда, равные с предусмотренными для инвалидов-чернобыльцев, получавших возмещение вреда до 15 февраля 2001 года, и тем самым не соблюдался бы конституционный принцип равенства, гарантирующий защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод и означающий, помимо прочего, запрет вводить такие ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания.
В Постановлении от 7 ноября 2012 года N 24-П, принятом в порядке, предусмотренном статьей 47.1 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации подтвердил данную правовую позицию и признал часть первую статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 42, 46 (часть 1), 53 и 125 (части 4 и 6), в той мере, в какой содержащиеся в ней положения в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в сохраняющем силу Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П, служат основанием для отказа в назначении инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа лиц указанной категории ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).
В Определении от 29 ноября 2012 года N 2218-О, принятом по обращению ряда граждан, в том числе заявителей настоящей жалобы, Конституционный Суд Российской Федерации признал за ними право на пересмотр вынесенных по делам с их участием правоприменительных решений в той части, в какой они основаны на признанных Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 7 ноября 2012 года N 24-П не соответствующими Конституции Российской Федерации положениях части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в сохраняющем силу Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П, при условии, что для этого нет иных препятствий.
Повторное обращение заявителей в Конституционный Суд Российской Федерации, как усматривается из текста жалобы и приложенных к ней материалов, фактически обусловлено отказом судов пересмотреть вступившие в законную силу судебные постановления по их делам на основании указанного Определения.
3. Из Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", его статей 1, 6, 79 и 100, следует, что любые решения Конституционного Суда Российской Федерации обязательны на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений; решение Конституционного Суда Российской Федерации окончательно и не подлежит обжалованию, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
3.1. Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2012 года N 2218-О было принято в связи с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 7 ноября 2012 года N 24-П, вынесенным по результатам рассмотрения жалобы гражданина Р. Инамова на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ, и с учетом положений статьи 125 (части 4 и 6) Конституции Российской Федерации, части второй статьи 74, части второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" подлежит применению в нормативном единстве с данным Постановлением.
При изучении жалобы, по которой было принято это Определение, Конституционный Суд Российской Федерации, несмотря на тождество предмета обжалования, не нашел возможным присоединить ее к жалобе Р. Инамова для рассмотрения в одном производстве в связи с тем, что она поступила значительно позже принятия к рассмотрению жалобы Р. Инамова. В то же время, поскольку жалоба соответствовала требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", лица, обратившиеся с ней в Конституционный Суд Российской Федерации, по смыслу статьи 125 Конституции Российской Федерации и Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не могли быть лишены гарантий, предусмотренных частью второй статьи 100 данного Федерального конституционного закона.
Исходя из этого, поскольку Постановлением от 7 ноября 2012 года N 24-П часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ была признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь частью второй статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", включил в резолютивную часть данного Определения пункт о пересмотре дел заявителей.
Принимая такое решение, Конституционный Суд Российской Федерации учитывал, помимо прочего, то обстоятельство, что суды общей юрисдикции, отказывая заявителям в удовлетворении их требований, использовали в качестве основания для отказа не формальные соображения, в том числе процессуально-процедурного характера, касающиеся соблюдения заявителями порядка реализации права на перерасчет ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью и ее исчисление в наиболее выгодном для них размере, а мотивы, связанные с оценкой существа самого спорного права, основанные на положениях части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ в истолковании, очевидно расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П, которые включали в себя доводы об отсутствии у заявителей права на такой перерасчет, в частности по той причине, что до вступления в силу Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ выплата ежемесячной денежной компенсации им не производилась.
3.2. Конституционный Суд Российской Федерации ранее неоднократно подчеркивал, что любые постановления Конституционного Суда Российской Федерации, в том числе те, в которых выявляется конституционно-правовой смысл того или иного законоположения, исключающий любое иное его истолкование, являются окончательными, не могут быть пересмотрены другими органами или преодолены путем повторного принятия отвергнутого неконституционного акта либо посредством применения нормативного правового акта в истолковании, расходящемся с его конституционно-правовым смыслом, а также обязывают всех правоприменителей, включая суды общей юрисдикции и арбитражные суды, действовать в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации. Правоприменительные решения, основанные на акте, которому в ходе применения по конкретному делу суд общей юрисдикции или арбитражный суд придал истолкование, не соответствующее Конституции Российской Федерации, т.е. расходящееся с его конституционно-правовым смыслом, впоследствии выявленным Конституционным Судом Российской Федерации, подлежат пересмотру в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации в установленном законом порядке. Отказывая в таком пересмотре, суды общей юрисдикции и арбитражные суды фактически настаивали бы на истолковании акта, придающем ему другой смысл, нежели выявленный в результате проверки в конституционном судопроизводстве, т.е. не соответствующий Конституции Российской Федерации, чего в силу статьи 125 (части 4 и 6) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 118 (часть 2), 126 и 127 они делать не вправе, и тем самым преодолевали бы юридическую силу решения Конституционного Суда Российской Федерации, что недопустимо (постановления от 25 января 2001 года N 1-П, от 21 декабря 2011 года N 30-П, определения от 6 февраля 2003 года N 34-О, от 5 февраля 2004 года N 78-О, от 27 мая 2004 года N 211-О, от 9 июля 2004 года N 242-О, от 1 ноября 2007 года N 827-О-П и др.).
С учетом этого отсутствие в установленном Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации перечне оснований для пересмотра дела прямого (буквального) указания на такое основание, как признание в определении Конституционного Суда Российской Федерации, принятом по жалобе гражданина (объединения граждан), права заявителя на пересмотр вынесенных по делу с его участием правоприменительных решений, в связи с которыми он обратился в Конституционный Суд Российской Федерации, само по себе - при отсутствии иных обстоятельств, исключающих такой пересмотр, - не может служить поводом для отказа в пересмотре, если соответствующее определение находится в непосредственной взаимосвязи с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации, вынесенным по тому же предмету, а сама жалоба поступила в Конституционный Суд Российской Федерации до даты принятия данного постановления (что по смыслу Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предполагает необходимость вынесения по результатам рассмотрения такого обращения решения именно в форме определения, а не постановления).
Иное - вопреки требованиям статьи 125 (части 4 и 6) Конституции Российской Федерации, а также статей 1, 6, 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" - приводило бы к невозможности исполнения решения Конституционного Суда Российской Федерации и потому лишало бы смысла обращение заявителей в Конституционный Суд Российской Федерации, делая иллюзорным предоставленный гражданам и их объединениям способ защиты своих прав с помощью конституционного правосудия (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 11 ноября 2008 года N 556-О-Р).
3.3. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что юридическое последствие решения Конституционного Суда Российской Федерации, в котором выявляется конституционно-правовой смысл нормы, - прекращение ее действия (и, соответственно, применения) в неконституционном истолковании и, как следствие, утрата ею силы на будущее время в любом ином - расходящемся с выявленным конституционно-правовым - смысле, допускавшемся в прежнем ее понимании (постановления от 16 июня 1998 года N 19-П, от 25 января 2001 года N 1-П, от 21 декабря 2011 года N 30-П, от 28 февраля 2012 года N 4-П, от 7 июня 2012 года N 14-П, определения от 11 ноября 2008 года N 556-О-Р, от 5 октября 2011 года N 1265-О-О и др.). Это означает, что такая норма - по общему правилу, вытекающему из статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации, частей первой, третьей и пятой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", - с момента вступления решения Конституционного Суда Российской Федерации в силу не должна толковаться каким-либо иным образом и применяться в каком-либо ином смысле, а правоприменительные органы обязаны учитывать сформулированную в нем позицию Конституционного Суда Российской Федерации относительно того, соответствует ли Конституции Российской Федерации смысл данной нормы, придаваемый ей правоприменительной практикой. Таким образом, выявление Конституционным Судом Российской Федерации конституционно-правового смысла нормы, по сути, означает приведение правового регулирования, предусмотренного оспариваемой нормой, в соответствие с Конституцией Российской Федерации, что по своим последствиям сопоставимо с изменением правовой регламентации отношений, относящихся к предмету регулирования данной нормы. Это должно учитываться правоприменительными органами при принятии к производству обращений граждан, поступивших после провозглашения решения Конституционного Суда Российской Федерации, содержащего конституционно-правовое истолкование правовой нормы, и основанных на выраженных в нем правовых позициях.
Поскольку в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П не содержатся никакие оговорки, предусматривающие особый порядок его исполнения, сформулированная в нем правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, раскрывающая конституционно-правовой смысл части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ, в силу статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации и части пятой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" подлежит учету правоприменительными органами с момента провозглашения данного Постановления, т.е. с 20 декабря 2010 года.
Как и в случае признания Конституционным Судом Российской Федерации неконституционными норм, положенных в основу правоприменительных решений, принятие Конституционным Судом Российской Федерации постановления, содержащего конституционно-правовое истолкование, в соответствии с частью третьей статьи 79 и частью второй статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" влечет пересмотр вступивших в законную силу судебных актов по делам заявителей, в отношении которых такое постановление имеет обратную силу. Для лиц, не являвшихся участниками конституционного судопроизводства, но в отношении которых были применены нормативные положения, получившие в решении Конституционного Суда Российской Федерации конституционно-правовое истолкование, отличное от придававшегося им сложившейся правоприменительной практикой, такое решение Конституционного Суда Российской Федерации влечет пересмотр (изменение или отмену) основанного на данных нормативных положениях судебного акта только в тех случаях, когда он либо не вступил в законную силу, либо вступил в законную силу, но не исполнен или исполнен частично (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 1999 года N 4-О, от 5 февраля 2004 года N 78-О, от 27 мая 2004 года N 211-О, от 12 мая 2006 года N 135-О, от 1 июня 2010 года N 783-О-О, от 25 января 2012 года N 178-О-О и др.). Такой подход обусловлен целями соблюдения баланса принципов правовой определенности, стабильности сложившейся системы правовых отношений и справедливого судебного разбирательства, несовместимого с ошибочным судебным актом.
Руководствуясь приведенными правовыми позициями и учитывая длящийся характер правоотношений по возмещению вреда здоровью, причиненного радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы, Конституционный Суд Российской Федерации признал за гражданами, не являвшимися участниками конституционного судопроизводства, по результатам которого было вынесено Постановление от 20 декабря 2010 года N 21-П, решения по делам которых об отказе в исчислении размера ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности были вынесены и вступили в законную силу до принятия Конституционным Судом Российской Федерации этого Постановления, возможность повторного обращения в органы, на которые возложены функции назначения и выплаты указанной ежемесячной денежной компенсации, за ее перерасчетом, а в случае отказа в перерасчете - в суд (Определение от 21 июня 2011 года N 832-О-О), с тем чтобы факт наличия вступившего в законную силу решения суда не мог рассматриваться соответствующими органами в качестве обстоятельства, препятствующего разрешению вопроса о перерасчете ежемесячной денежной компенсации на будущее время и тем самым - реализации гражданами права на ее получение в том же размере, в каком им были ранее исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью. Такая возможность была подтверждена Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 4 мотивировочной части Постановления от 7 ноября 2012 года N 24-П. Однако само по себе указание на соответствующую возможность в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, исходя из их характера и правовой природы, не означает, что Конституционный Суд Российской Федерации определил процедуру обращения граждан за таким перерасчетом; установление порядка перерасчета ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью является прерогативой законодателя.
В то же время, поскольку порядок перерасчета ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью для инвалидов-чернобыльцев из числа военнослужащих в условиях отсутствия специального механизма реализации признанного за ними Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П права на выбор способа определения размера данной выплаты (в размерах, установленных пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", либо в размере, в каком им ранее были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью) не урегулирован действующими нормативными правовыми актами явным образом, для указанных граждан не исключается возможность обратиться с заявлением о перерасчете ежемесячной денежной компенсации как непосредственно в органы, уполномоченные на ее назначение и выплату, так и в суды.
Таким образом, с учетом положений о действии решений Конституционного Суда Российской Федерации во времени, реализация гражданами - инвалидами из числа военнослужащих, здоровью которых был причинен вред в результате радиационного воздействия вследствие чернобыльской катастрофы, не являвшимися участниками конституционного судопроизводства, по результатам которого было принято Постановление от 20 декабря 2010 года N 21-П, права на выбор способа определения размера ежемесячной денежной компенсации возможна с даты вступления этого Постановления в силу, а волеизъявление указанных граждан об осуществлении перерасчета компенсации может быть облечено как в форму заявления, адресованного непосредственно органам, осуществляющим назначение и выплату данной компенсации, так и в форму требования, обращенного к данным органам через суд. При этом сам перерасчет - с учетом многообразия фактических обстоятельств, могущих побудить гражданина обратиться за его осуществлением, - должен, по общему правилу, производиться с момента, когда соответствующее волеизъявление зафиксировано, т.е. с момента первого обращения к уполномоченному органу или в суд, но не ранее даты вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П, которым право на такой перерасчет было признано за отдельными категориями граждан.
4. В соответствии со статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, статьями 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд Российской Федерации по жалобе гражданина на нарушение его конституционных прав и свобод проверяет конституционность закона, примененного в конкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде, и принимает постановление только по предмету, указанному в жалобе, оценивая при этом как буквальный смысл рассматриваемого законоположения, так и смысл, придаваемый ему официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из его места в системе правовых норм, не будучи связанным при принятии решения основаниями и доводами, изложенными в обращении; Конституционный Суд Российской Федерации решает исключительно вопросы права и воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов.
В Определении от 29 ноября 2012 года N 2218-О Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь своим предназначением как органа конституционного контроля и не вдаваясь в оценку фактических обстоятельств дел заявителей, относящуюся к компетенции судов общей юрисдикции, признал за заявителями право на пересмотр вынесенных в отношении них правоприменительных решений в той части, в какой они были постановлены на основании признанных Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 7 ноября 2012 года N 24-П не соответствующими Конституции Российской Федерации положений части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П, при условии отсутствия для этого других препятствий.
Разрешение же вопроса о наличии либо отсутствии препятствий к пересмотру дел заявителей - как материально-правового, так и процессуального характера - является прерогативой судов общей юрисдикции, которые, однако, при рассмотрении соответствующих дел не вправе не учитывать правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, в частности выраженные в его постановлениях от 20 декабря 2010 года N 21-П и от 7 ноября 2012 года N 24-П, в Определении от 29 ноября 2012 года N 2218-О, а также в настоящем Определении.
Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктом 3 части первой статьи 43, частью четвертой статьи 71, частями первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Признать жалобу граждан Гурьева Валерия Васильевича, Денисова Александра Михайловича, Козылова Владимира Николаевича, Кучеренко Александра Геннадьевича, Мантуленко Владимира Ивановича, Нестеренко Дмитрия Алексеевича, Топоркова Анатолия Петровича и Яшина Александра Павловича не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителями вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" итогового решения в виде постановления.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
3. Настоящее Определение подлежит опубликованию на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru) и в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН


Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 27 июн 2014, 13:19 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 мар 2007, 18:27
Сообщения: 519
Откуда: Киров
КС РФ окончательно "кинул" военнослужащих-чернобыльцев. Он подтвердил, что все они, кроме Рузайкина, не имеют права на ВВЗ из денежного довольствия до 20 декабря 2010 г., в том числе и Инамов. Вот так !!! См. Определение №1210-О-Р от 5 июня 2014 г. Такое вот у нас правосудие! Государство незаконно обсчитывало с 15 февраля 2001 г. по 20 декабря 2010 г. этих военнослужащих, а КС РФ простил ему этот долг. А если бы ни Рузайкин и никто доугой еще 10 лет не обратился в КС РФ с этой жалобой, то и еще 10 лет государство вправе было обсчитывать всех этих военнослужащих. По мнению КС РФ закон конституционен до тех пор, пока КС РФ не выявит, что он не соответствует Конституции!


Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 03 июл 2014, 18:10 
Не в сети
Site Admin
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 мар 2007, 19:47
Сообщения: 2999
Откуда: г. Рязань [email protected]
КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 1 июля 2014 г. N 20-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ
АБЗАЦА ПЕРВОГО ПУНКТА 2 ПОСТАНОВЛЕНИЯ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ "О РАСПРОСТРАНЕНИИ ДЕЙСТВИЯ ЗАКОНА
РСФСР "О СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЕ ГРАЖДАН, ПОДВЕРГШИХСЯ
ВОЗДЕЙСТВИЮ РАДИАЦИИ ВСЛЕДСТВИЕ КАТАСТРОФЫ НА ЧЕРНОБЫЛЬСКОЙ
АЭС" НА ГРАЖДАН ИЗ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ ОСОБОГО РИСКА"
В СВЯЗИ С ЖАЛОБОЙ ГРАЖДАНИНА В.Ф. ЛЯКИНА

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
с участием гражданина В.Ф. Лякина, представителя Совета Федерации - доктора юридических наук А.С. Саломаткина, полномочного представителя Президента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.В. Кротова,
руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности абзаца первого пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска".
Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина В.Ф. Лякина. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Российской Федерации оспариваемое заявителем законоположение.
Заслушав сообщение судьи-докладчика А.Н. Кокотова, объяснения гражданина В.Ф. Лякина, представителей Совета Федерации и Президента Российской Федерации, выступления приглашенных в заседание представителей: от Министерства обороны Российской Федерации - Н.В. Елиной, от Министерства юстиции Российской Федерации - М.А. Мельниковой, от Генерального прокурора Российской Федерации - Т.А. Васильевой, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Согласно абзацу первому пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" (в редакции, введенной Федеральным законом от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации") указанным в пункте 1 названного Постановления гражданам из подразделений особого риска (в том числе непосредственно участвовавшим в ликвидации радиационных аварий на ядерных установках надводных и подводных кораблей и других военных объектах), которые стали инвалидами, гарантируются меры социальной поддержки, установленные пунктами 1 - 14 части первой статьи 14, статьей 24, пунктом 1 части третьей статьи 27.1, статьей 29 (за исключением абзаца второго пункта 2 части первой), частями первой - третьей статьи 39 Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС".
Оспаривающий конституционность названного законоположения гражданин В.Ф. Лякин в 1995 году, в период прохождения военной службы, принимал участие в действиях подразделений особого риска в составе аварийной партии по ликвидации аварии на ядерной установке атомной подводной лодки. 13 июля 2004 года ему было выдано удостоверение о праве на льготы, установленные законодательством Российской Федерации для лиц, принимавших непосредственное участие в действиях подразделений особого риска и поименованных в подпункте "в" пункта 1 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1, а 6 июля 2012 года - установлена инвалидность II группы вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы в связи с непосредственным участием в действиях подразделений особого риска.
Военный комиссариат города Санкт-Петербурга, куда 11 июля 2012 года обратился В.Ф. Лякин, полагая, что он имеет право на ежемесячную денежную компенсацию в возмещение вреда здоровью в связи с радиационным воздействием в соответствии с пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", в предоставлении данной меры социальной поддержки отказал.
Решением Октябрьского районного суда города Санкт-Петербурга от 16 октября 2012 года требования В.Ф. Лякина были удовлетворены, однако судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда апелляционным определением от 20 декабря 2012 года решение суда первой инстанции отменила и вынесла новое решение - об отказе в удовлетворении заявленных требований. При этом суд апелляционной инстанции, исходя из того что заявитель участвовал в ликвидации аварии на ядерной установке атомной подводной лодки в 1995 году, т.е. после 27 декабря 1991 года, сослался на правовую позицию, изложенную в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 октября 2005 года N 385-О, согласно которой положение пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 (в редакции статьи 9 Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ) - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего нормативно-правового регулирования - не препятствует получению гражданами из подразделений особого риска, ставшими инвалидами, ежемесячной компенсации в возмещение вреда, причиненного их здоровью радиационным излучением, вызванным испытаниями ядерного оружия либо радиационными авариями, имевшими место до вступления указанного Постановления Верховного Совета Российской Федерации в силу.
Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации кассационная жалоба В.Ф. Лякина оставлена без удовлетворения, а апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда - без изменения.
По мнению заявителя, примененное судами в его деле положение абзаца первого пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 противоречит статьям 1, 2, 7 (часть 2), 18, 19, 21 (часть 1), 39 (часть 1), 41 (часть 1), 42, 54, 55 и 57 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой лишает граждан, принимавших участие в действиях подразделений особого риска после 27 декабря 1991 года и в связи с этим признанных инвалидами, возможности получать предусмотренную пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" ежемесячную денежную компенсацию в возмещение вреда, причиненного здоровью радиационным излучением.
Таким образом, исходя из требований статей 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", абзац первый пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" является предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу в той мере, в какой содержащееся в нем положение служит основанием для решения вопроса о возможности назначения и выплаты ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью, гражданам, в период после вступления в силу данного Постановления Верховного Совета Российской Федерации подвергшимся воздействию радиации в связи с непосредственным участием в действиях подразделений особого риска и вследствие этого признанным инвалидами.
2. Согласно статье 42 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением.
Данному конституционному праву корреспондирует вытекающая из статей 1, 2, 7, 18 и 53 Конституции Российской Федерации обязанность Российской Федерации как правового социального государства обеспечить охрану окружающей среды, предупреждение и ликвидацию последствий техногенных аварий и катастроф, в том числе радиационных, что предполагает признание и гарантирование со стороны государства права на возмещение вреда здоровью, являющемуся для каждого неотчуждаемым благом, и согласуется с обязанностью государства охранять достоинство личности (статья 21, часть 1, Конституции Российской Федерации), которое, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, выступает основой всех прав и свобод человека и необходимым условием их существования и соблюдения (постановления от 3 мая 1995 года N 4-П и от 15 января 1999 года N 1-П, определения от 15 февраля 2005 года N 17-О и от 5 марта 2009 года N 376-О-П).
Поскольку фактом причинения вреда здоровью граждан, оказавшихся в зоне радиационного излучения, вызванного испытанием ядерного оружия либо аварией на ядерных установках, обусловливается возникновение конституционно-правовых отношений по поводу возмещения вреда между государством, с деятельностью которого в сфере освоения и использования ядерной энергии связано причинение вреда, и пострадавшими от этого гражданами, на государство, призванное в силу статьи 21 Конституции Российской Федерации охранять достоинство личности во всех сферах, возлагается обязанность предоставить таким гражданам эффективную поддержку как лицам, у которых в результате существенного неблагоприятного воздействия чрезвычайных техногенных обстоятельств невосполнимо утрачиваются (или резко сужаются) возможности самостоятельного обеспечения достойной жизни и свободного развития (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 1 декабря 1997 года N 18-П, от 19 июня 2002 года N 11-П и от 20 декабря 2010 года N 21-П).
Возложение на государство соответствующих обязательств тем более оправдано по отношению к гражданам, непосредственно участвовавшим в ликвидации последствий радиационных аварий или привлеченным к испытаниям ядерного оружия, ликвидации аварий ядерных установок на средствах вооружения и военных объектах. К числу таких граждан, выполнявших служебные обязанности в условиях, сопряженных с опасностью для жизни и здоровья, и действовавших при этом в публичных интересах, относятся, в частности, граждане из подразделений особого риска.
3. Социальная защита граждан из подразделений особого риска осуществляется на основании Постановления Верховного Совета Российской Федерации "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска".
Пунктом 2 названного Постановления в первоначальной редакции на граждан из подразделений особого риска, ставших инвалидами, было распространено действие статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", т.е. изначально им предоставлялись такие же меры социальной поддержки, как и инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы.
Федеральным законом от 24 ноября 1995 года N 179-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" к числу мер социальной поддержки инвалидов вследствие чернобыльской катастрофы было отнесено возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием, в виде выплаты денежных сумм в размере заработка (или соответствующей его части) в зависимости от степени утраты трудоспособности (с установлением инвалидности), определяемом в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации для случаев возмещения вреда, связанного с исполнением работниками трудовых обязанностей.
Соответственно, право на данную меру социальной поддержки, предусмотренную пунктом 25 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" в редакции Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 179-ФЗ, наравне с инвалидами-чернобыльцами приобрели и инвалиды из числа граждан из подразделений особого риска. Федеральным законом от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" взамен денежных сумм в возмещение вреда были введены ежемесячные денежные компенсации в твердых размерах в зависимости от группы инвалидности (5000 рублей - инвалидам I группы, 2500 рублей - инвалидам II группы, 1000 рублей - инвалидам III группы).
Оценивая это правовое регулирование, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что предоставление пунктом 25 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" в редакции Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 179-ФЗ инвалидам-чернобыльцам права на возмещение вреда, причиненного здоровью воздействием радиации вследствие чернобыльской катастрофы либо ее последствий, при отсутствии какого-либо законодательного изъятия в отношении граждан-инвалидов из подразделений особого риска, на которых Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 было распространено действие положений названного Закона, означает, что федеральный законодатель наделил их правом на возмещение вреда, причиненного здоровью (Определение от 7 октября 2005 года N 385-О).
В результате изменений, внесенных в пункт 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 статьей 9 Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ, норма о ежемесячной компенсации в возмещение вреда здоровью (пункт 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" в редакции Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ) на граждан из подразделений особого риска, ставших инвалидами вследствие воздействия радиации, более не распространяется.
4. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель в процессе реализации на основании статей 71 (пункты "в", "е"), 72 (пункт "ж" части 1) и 76 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации полномочий в сфере социальной защиты располагает достаточно широкой свободой усмотрения, - однако, внося изменения в содержание мер социальной защиты, в том числе направленные на ее сужение, он должен исходить из недопустимости издания в Российской Федерации законов, отменяющих или умаляющих права граждан (статья 55, часть 2, Конституции Российской Федерации), и основывать свои решения на конституционных принципах равенства и справедливости, из которых вытекает необходимость равного обращения с лицами, находящимися в равных условиях, и соблюдение которых означает, помимо прочего, запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, находящихся в одинаковых или сходных обстоятельствах (постановления от 24 мая 2001 года N 8-П, от 3 июня 2004 года N 11-П, от 5 апреля 2007 года N 5-П, от 10 ноября 2009 года N 17-П, от 24 октября 2012 года N 23-П и др.).
В силу приведенной правовой позиции федеральный законодатель, внося изменения в систему правового регулирования социальной защиты, мог отменить выплату ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью гражданам из подразделений особого риска, ставшим инвалидами, но при условии соблюдения указанных конституционных принципов в отношении лиц, права которых затрагиваются вносимыми изменениями и которые находятся в сходных обстоятельствах.
4.1. Обращаясь к вопросу о праве граждан из подразделений особого риска, ставших инвалидами, на получение ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью воздействием радиации, после принятия Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ, Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 7 октября 2005 года N 385-О пришел к выводу, что положение пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 не предполагает лишение на основании указанного Федерального закона права на получение ежемесячной компенсации в возмещение вреда тех граждан-инвалидов из подразделений особого риска, здоровью которых был причинен ущерб радиационным излучением, вызванным испытаниями ядерного оружия либо радиационными авариями, имевшими место в СССР в условиях нештатных радиационных ситуаций и массовости причинения вреда в начальный период освоения и использования ядерной энергии. Иное, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, означало бы нарушение стабильности длящихся конституционно-правовых отношений, неправомерное ограничение закрепленного в статье 42 Конституции Российской Федерации права на возмещение ущерба, причиненного здоровью, и тем самым нарушение статьи 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.
Приведенная правовая позиция, выраженная применительно к гражданам из подразделений особого риска, которые стали инвалидами в связи с воздействием радиации, имевшим место до вступления в силу Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1, и которые, находясь в длящихся правоотношениях по поводу возмещения вреда, причиненного их здоровью радиационным воздействием, имели право на получение указанных ежемесячных компенсаций до введения в действие Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ, Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 1 марта 2010 года N 296-О-П была распространена на граждан из подразделений особого риска, которые подверглись радиационному воздействию до вступления в силу Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1, однако инвалидами стали после введения в действие Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ.
Тем самым Конституционный Суд Российской Федерации признал, что право граждан из подразделений особого риска, ставших инвалидами, на ежемесячную денежную компенсацию в возмещение вреда здоровью, приобретенное до внесения соответствующих изменений в законодательство о социальной защите, должно - в силу принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства - сохраняться. При этом вопрос о размере и порядке возмещения вреда, причиненного радиационным воздействием здоровью граждан, которые принимали непосредственное участие в действиях подразделений особого риска после вступления в силу Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 и стали инвалидами вследствие воздействия радиации, Конституционным Судом Российской Федерации не рассматривался.
4.2. Согласно пункту 1 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 к гражданам из подразделений особого риска относятся лица из числа военнослужащих и вольнонаемного состава Вооруженных Сил СССР, войск и органов Комитета государственной безопасности СССР, внутренних войск, железнодорожных войск и других воинских формирований, лиц начальствующего и рядового состава органов внутренних дел, которые непосредственно участвовали в испытаниях ядерного оружия в атмосфере, боевых радиоактивных веществ и учениях с применением такого оружия до даты фактического прекращения таких испытаний и учений; непосредственно участвовали в подземных испытаниях ядерного оружия в условиях нештатных радиационных ситуаций и действия других поражающих факторов ядерного оружия; непосредственно участвовали в ликвидации радиационных аварий на ядерных установках надводных и подводных кораблей и других военных объектах; входили в личный состав отдельных подразделений по сборке ядерных зарядов (военнослужащие); непосредственно участвовали в подземных испытаниях ядерного оружия, проведении и обеспечении работ по сбору и захоронению радиоактивных веществ.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 декабря 1992 года N 958 "О мерах по обеспечению социальной защиты граждан из подразделений особого риска" были утверждены Критерии непосредственного участия граждан в действиях подразделений особого риска, которые расширили круг лиц, относящихся к гражданам из подразделений особого риска: в их числе названы не только военнослужащие Вооруженных Сил СССР, войск и органов Комитета государственной безопасности СССР и других воинских формирований и сотрудники органов внутренних дел, но и военнослужащие Вооруженных Сил Российской Федерации, войск и органов Министерства безопасности Российской Федерации, внутренних войск, Службы внешней разведки Российской Федерации, Федерального агентства правительственной связи и информации при Президенте Российской Федерации, Главного управления охраны Российской Федерации, Федерального управления железнодорожных войск при Министерстве путей сообщения Российской Федерации и др.
Таким образом, лица, проходившие военную службу в составе Вооруженных Сил Российской Федерации, могли быть отнесены к числу граждан из подразделений особого риска, если они принимали непосредственное участие в деятельности, связанной с испытаниями, сбором, захоронением радиоактивных веществ, или в ликвидации радиационных аварий на ядерных установках надводных и подводных кораблей и других военных объектах. Данный вывод подтверждается и приказом Министра обороны Российской Федерации от 9 июня 2008 года N 321 "О порядке и условиях оформления и выдачи удостоверений гражданам из подразделений особого риска, а также членам семей, потерявшим кормильца из числа этих граждан", который предусматривает выдачу удостоверений участника подразделений особого риска гражданам, соответствующим Критериям непосредственного участия граждан в действиях подразделений особого риска. На практике такие удостоверения выдавались и военнослужащим Вооруженных Сил Российской Федерации, которые принимали непосредственное участие в ликвидации радиационных аварий на ядерных установках надводных и подводных кораблей и других военных объектах после вступления в силу Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1, что означает признание за ними соответствующего статуса независимо от времени участия в ликвидации радиационных аварий.
В соответствии с пунктом 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 в действующей редакции гражданам из подразделений особого риска гарантируется предоставление ряда мер социальной поддержки, предусмотренных Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", в том числе ежемесячные денежные компенсации на приобретение продовольственных товаров, выплата в повышенном размере пособий по временной нетрудоспособности, а также устанавливаемый в дополнение к денежным выплатам набор мер социальной поддержки, направленных на создание наиболее благоприятных условий реализации конкретных прав и доступа к социально значимым благам и услугам в сфере медицинского, транспортного, жилищно-коммунального и социального обслуживания, лекарственного обеспечения, содействия занятости.
Такое правовое регулирование, как имеющее целью обеспечить социальную защиту лицам, принимавшим участие в деятельности подразделений особого риска, включая тех, кто непосредственно участвовал в ликвидации радиационных аварий на ядерных установках надводных и подводных кораблей и других военных объектах и получил инвалидность (к их числу относится и заявитель по настоящему делу), само по себе не может рассматриваться как противоречащее Конституции Российской Федерации.
5. Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации как социальном государстве обеспечивается государственная поддержка инвалидов, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7, часть 2); каждому гарантируется социальное обеспечение, в том числе в случае инвалидности (статья 39, часть 1).
Право инвалидов на экономическое и социальное обеспечение и на удовлетворительный уровень жизни провозглашено в Декларации о правах инвалидов (принята Генеральной Ассамблеей ООН 9 декабря 1975 года). Наряду с этим в пункте 6 Стандартных правил обеспечения равных возможностей для инвалидов (приняты Генеральной Ассамблеей ООН 20 декабря 1993 года) подчеркивается право инвалидов на равные с другими гражданами возможности и на равное улучшение условий жизни в результате экономического и социального развития. Ратифицированная Российской Федерацией и являющаяся составной частью ее правовой системы в силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации Конвенция о правах инвалидов (принята Генеральной Ассамблеей ООН 13 декабря 2006 года) также признает за инвалидами право на достаточный жизненный уровень и социальную защиту (статья 28).
В силу приведенных положений Конституции Российской Федерации и международно-правовых актов при осуществлении правового регулирования в какой бы то ни было сфере необходимо учитывать интересы и потребности инвалидов как лиц, нуждающихся в повышенной социальной защите, что предполагает создание специальных правовых механизмов, имеющих целью предоставление инвалидам дополнительных преимуществ по сравнению с лицами, сохранившими здоровье, с тем чтобы гарантировать их право на равные с другими гражданами возможности при реализации конституционных прав.
5.1. Повышенная социальная защита, включая возмещение вреда, причиненного здоровью радиационным воздействием, должна быть обеспечена и гражданам, признанным инвалидами в связи с непосредственным участием в действиях подразделений особого риска. Между тем меры социальной поддержки, предусмотренные пунктом 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1, как следует из его содержания, предоставляются всем участникам подразделений особого риска независимо от наличия инвалидности, различия же проявляются лишь в особенностях пенсионного обеспечения, а также в размерах единовременных и ежегодных компенсаций за вред здоровью, которые для лиц, признанных инвалидами, дифференцированы с учетом группы инвалидности, а для лиц, не являющихся инвалидами, производятся в размерах, предусмотренных для инвалидов III группы. Это означает, что с точки зрения предоставления права на социальную защиту и определения объема такой защиты правовое положение граждан из подразделений особого риска, признанных инвалидами и инвалидности не имеющих, является, по существу (если не учитывать незначительной разницы в размерах единовременных и ежегодных компенсаций в возмещение вреда здоровью и особенностей пенсионного обеспечения), одинаковым.
Таким образом, при определении объема социальной защиты граждан из подразделений особого риска действующее правовое регулирование не учитывает наличие у лица инвалидности (факт установления которой однозначно свидетельствует о причинении вреда здоровью) вследствие заболевания, полученного им в связи с непосредственным участием в действиях подразделений особого риска.
5.2. Военная служба, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26 декабря 2002 года N 17-П, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие военную службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним; военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительного, в режиме жесткой военной дисциплины исполнения обязанностей военной службы, которые предполагают необходимость осуществления поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, а государство должно гарантировать адекватное возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащего в связи с исполнением им обязанностей военной службы.
В силу конституционных принципов равенства и справедливости военнослужащие, здоровью которых причинен вред при исполнении обязанностей военной службы, в равной мере должны обладать правом на его возмещение. Однако действующее правовое регулирование устанавливает различные правила возмещения вреда, причиненного здоровью воздействием радиации, в зависимости от обстоятельств его причинения.
Так, в соответствии с пунктом 6 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" (и действовавшим до 1 января 1998 года Законом Российской Федерации от 22 января 1993 года N 4338-1 "О статусе военнослужащих") в системной связи с пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" военнослужащие, принимавшие участие в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС и ставшие вследствие этого инвалидами, наделены правом на получение ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью воздействием радиации.
Согласно статье 3 Федерального закона от 26 ноября 1998 года N 175-ФЗ "О социальной защите граждан Российской Федерации, подвергшихся воздействию радиации вследствие аварии в 1957 году на производственном объединении "Маяк" и сбросов радиоактивных отходов в реку Теча" военнослужащие, принимавшие в 1957 - 1958, 1959 - 1961 годах непосредственное участие в работах по ликвидации последствий аварии в 1957 году на производственном объединении "Маяк", а также занятые на работах по проведению защитных мероприятий и реабилитации радиоактивно загрязненных территорий вдоль реки Теча в 1949 - 1956, 1957 - 1962 годах и ставшие инвалидами вследствие воздействия радиации, полностью приравнены к инвалидам-чернобыльцам, в том числе получают ежемесячные компенсации в возмещение вреда здоровью. Возможность получения ежемесячных денежных компенсаций в возмещение вреда, причиненного здоровью, предусмотрена также для военнослужащих, получивших заболевание при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в результате поражений, обусловленных воздействием радиоактивных веществ, которым установлена причина инвалидности "военная травма" (часть 13 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", пункт 94 постановления Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 года N 565 "Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе").
Как следует из приведенных нормативных положений, военнослужащим, пострадавшим в результате радиационного воздействия при исполнении служебных обязанностей и признанным в связи с этим инвалидами, за исключением инвалидов из числа граждан из подразделений особого риска, предоставлено право на получение ежемесячных компенсационных выплат в возмещение вреда здоровью либо путем приравнивания их к инвалидам-чернобыльцам, либо путем отнесения их к инвалидам вследствие военной травмы. Что касается граждан, которые в период прохождения военной службы получили повреждение здоровья при выполнении в рамках служебных обязанностей государственно значимых задач в связи с непосредственным участием в действиях подразделений особого риска, то фактически они поставлены в худшее положение по сравнению как с военнослужащими, признанными инвалидами вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в связи с аварией на Чернобыльской АЭС (и приравненными к ним лицами), так и с инвалидами вследствие военной травмы.
Такое правовое регулирование, не учитывающее наличие у граждан из подразделений особого риска статуса военнослужащего, противоречит конституционному принципу равенства, соблюдение которого, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, означает, помимо прочего, запрет вводить ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковой или сходной ситуации); любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе вытекающим из закрепленного ею принципа равенства, в соответствии с которыми такие различия допустимы, если они объективно оправданны, обоснованы и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им.
5.3. Таким образом, абзац первый пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 7, 19 (части 1 и 2), 39 (часть 1) и 42, в той мере, в какой он не предполагает в системе действующего правового регулирования предоставление ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием, гражданам из подразделений особого риска, ставшим инвалидами, чем ухудшает их положение по сравнению с другими гражданами, пострадавшими в результате радиационного воздействия при исполнении обязанностей военной службы и вследствие этого признанными инвалидами.
Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в настоящем Постановлении, - внести в действующее законодательство соответствующие изменения, с тем чтобы гарантировать гражданам из подразделений особого риска, ставшим инвалидами, право на возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием, на равных условиях с другими гражданами из числа военнослужащих, получивших при исполнении обязанностей военной службы повреждение здоровья в связи с радиационным воздействием и вследствие этого признанных инвалидами.
Впредь до внесения в правовое регулирование надлежащих изменений гражданам из подразделений особого риска, признанным инвалидами, должна устанавливаться ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием, в соответствии с пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС".
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 71, статьями 72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать абзац первый пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 7, 19 (части 1 и 2), 39 (часть 1) и 42, в той мере, в какой он не предполагает в системе действующего правового регулирования предоставление гражданам из подразделений особого риска, ставшим инвалидами, ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием.
2. Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в настоящем Постановлении, - внести в действующее законодательство соответствующие изменения, с тем чтобы гарантировать гражданам из подразделений особого риска, ставшим инвалидами, право на возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием, на равных условиях с другими гражданами из числа военнослужащих, получивших при исполнении обязанностей военной службы повреждение здоровья в связи с радиационным воздействием и вследствие этого признанных инвалидами.
Впредь до внесения в правовое регулирование надлежащих изменений гражданам из подразделений особого риска, ставшим инвалидами, должна устанавливаться ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием, в соответствии с пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС".
3. Правоприменительные решения по делу гражданина Лякина Виктора Федоровича подлежат пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий.
4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
5. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Российской газете", "Собрании законодательства Российской Федерации" и на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru). Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

_________________
В любом человеке есть все человеческое: самое лучшее и самое худшее.
Луи Лавель.


Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 25 сен 2014, 08:10 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 мар 2007, 18:27
Сообщения: 519
Откуда: Киров
КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 18 сентября 2014 г. N 23-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ
ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 2 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
ОТ 12 ФЕВРАЛЯ 2001 ГОДА N 5-ФЗ "О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ
И ДОПОЛНЕНИЙ В ЗАКОН РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ "О СОЦИАЛЬНОЙ
ЗАЩИТЕ ГРАЖДАН, ПОДВЕРГШИХСЯ ВОЗДЕЙСТВИЮ РАДИАЦИИ
ВСЛЕДСТВИЕ КАТАСТРОФЫ НА ЧЕРНОБЫЛЬСКОЙ АЭС"
В СВЯЗИ С ЖАЛОБОЙ ГРАЖДАНИНА А.А. ПЛАНКИНА

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 47.1, 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС".
Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина А.А. Планкина. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Российской Федерации оспариваемое заявителем законоположение.
Заслушав сообщение судьи-докладчика О.С. Хохряковой, изучив представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Согласно части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" гражданам, получавшим до вступления в силу данного Федерального закона возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы либо с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, выплачивается ежемесячная денежная компенсация, предусмотренная пунктом 15 части первой статьи 14 или пунктом 4 части первой статьи 15 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", а в случае, если размер указанной компенсации не достигает ранее назначенной суммы возмещения вреда, она выплачивается в ранее назначенной сумме, но не превышающей максимального размера ежемесячной страховой выплаты, установленного федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на очередной финансовый год.
1.1. Оспаривающий конституционность названных законоположений заявитель по настоящему делу гражданин А.А. Планкин - полковник милиции в отставке принимал участие в работах по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. 3 января 1995 года он был уволен из органов внутренних дел по болезни, а 17 мая 1999 года признан инвалидом III группы вследствие увечья, полученного при исполнении служебных обязанностей в связи с аварией на Чернобыльской АЭС, с установлением 50 процентов утраты профессиональной трудоспособности. При переосвидетельствовании в 2000 году ему была установлена II группа инвалидности и 80 процентов утраты профессиональной трудоспособности бессрочно.
С 1 апреля 2001 года Министерство внутренних дел Российской Федерации выплачивает А.А. Планкину ежемесячную денежную компенсацию в возмещение вреда, причиненного здоровью радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы, в твердом размере, который по состоянию на указанную дату составлял 2500 рублей и впоследствии на основании судебных постановлений индексировался с применением коэффициентов роста минимального размера оплаты труда, величины прожиточного минимума и уровня инфляции. В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 8 июня 2001 года N 455 "Об утверждении порядка и условий возврата недополученных денежных компенсаций гражданам, подвергшимся радиационному воздействию вследствие чернобыльской катастрофы", принятым во исполнение статьи 3 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ, ему была единовременно выплачена неполученная за период с 17 мая 1999 года по 14 февраля 2001 года сумма возмещения вреда в размере 90 316,03 рубля.
После принятия Конституционным Судом Российской Федерации Постановления от 7 февраля 2012 года N 1-П, распространившего на инвалидов-чернобыльцев из числа лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, получающих пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, правовую позицию, выраженную в его Постановлении от 20 декабря 2010 года N 21-П, в силу которой часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ по своему конституционно-правовому смыслу не препятствует назначению указанным лицам ежемесячных денежных компенсаций в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности), А.А. Планкин обратился в Никулинский районный суд города Москвы с исковым требованием к Министерству внутренних дел Российской Федерации о перерасчете получаемой им ежемесячной денежной компенсации, в удовлетворении которого ему было отказано (решение от 17 мая 2012 года, оставленное без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 1 августа 2012 года). В передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании судов кассационной инстанции А.А. Планкину также было отказано (определение судьи Московского городского суда от 15 февраля 2013 года и определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 1 апреля 2013 года).
В обоснование своих решений суды ссылались на то, что А.А. Планкину как лицу, которому ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда здоровью впервые была назначена после 15 февраля 2001 года (даты вступления в силу Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ), право выбора способа определения ее размера не предоставлено; кроме того, обращаясь ранее в судебном порядке с требованиями об индексации данной выплаты, установленной ему в твердом размере, и соглашаясь с вынесенными судебными постановлениями, он тем самым выразил свою волю относительно выбора способа определения размера данной выплаты. Что касается доводов А.А. Планкина, связанных с оценкой положений Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ, которая была дана в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П, от 7 февраля 2012 года N 1-П и от 7 ноября 2012 года N 24-П, то суды, как следует из представленных материалов, оставили их без внимания и не только не привели мотивы, по которым эти доводы были ими отвергнуты, но и вообще не упомянули в своих решениях о выраженных в указанных постановлениях правовых позициях Конституционного Суда Российской Федерации.
Нарушение частью первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ своих прав, гарантированных статьями 2, 18, 19 (части 1 и 2), 42, 53 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, заявитель усматривает в том, что ее положения препятствуют удовлетворению его требований об установлении ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью в размере, исчисленном исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности.
1.2. Устанавливая при принятии к рассмотрению жалобы гражданина на нарушение его конституционных прав и свобод наличие основания к возбуждению конституционного судопроизводства по данной жалобе, Конституционный Суд Российской Федерации, как того требуют предписания части второй статьи 36 и статьи 74 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", учитывает не только буквальный смысл подлежащего проверке законоположения, но и смысл, который придан ему официальным и иным толкованием и воспринят правоприменительной практикой при разрешении конкретных дел.
Следовательно, если в жалобе гражданина оспаривается конституционность законоположения, конституционно-правовой смысл которого ранее был выявлен в сохраняющем свою силу решении Конституционного Суда Российской Федерации, но которому в правоприменительной практике был придан иной смысл, притом что у заявителя исчерпаны все другие возможности судебной защиты, Конституционный Суд Российской Федерации вправе принять такую жалобу к рассмотрению и рассмотреть в порядке статьи 47.1 названного Федерального конституционного закона вопрос о конституционности оспариваемого законоположения в его истолковании, отличном от истолкования, ранее данного Конституционным Судом Российской Федерации.
Соответственно, исходя из требований статей 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" является предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу постольку, поскольку содержащиеся в ней положения - по смыслу, который придается им в правоприменительной практике после вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 года N 1-П, - служат основанием для отказа инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, которые получают пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, но до вступления указанного Федерального закона в силу за установлением ежемесячной денежной компенсации не обращались, в назначении данной выплаты в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).
2. В Постановлении от 20 декабря 2010 года N 21-П Конституционный Суд Российской Федерации, опираясь на положения Конституции Российской Федерации, в частности на ее статьи 1, 2, 7, 18, 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 42 и 53, пришел к выводу, что часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - не может рассматриваться как препятствующая назначению инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих, получающих пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, право которых на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года N 18-П, но которые не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, ежемесячной денежной компенсации в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности). В противном случае, как подчеркивается в Постановлении от 20 декабря 2010 года N 21-П, указанным лицам не обеспечивались бы условия предоставления выплат в возмещение вреда, равные с предусмотренными для инвалидов-чернобыльцев, получавших возмещение вреда до 15 февраля 2001 года, и тем самым не соблюдался бы конституционный принцип равенства, гарантирующий защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод и означающий, помимо прочего, запрет вводить такие ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания.
Данный вывод был подтвержден Конституционным Судом Российской Федерации при рассмотрении дела о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ в связи с жалобой гражданина Р. Инамова, в отношении которого она была применена судами общей юрисдикции в истолковании, расходящемся с ее конституционно-правовым смыслом, выявленным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П. С учетом этого Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 7 ноября 2012 года N 24-П признал часть первую статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 42, 46 (часть 1), 53 и 125 (части 4 и 6), в той мере, в какой содержащиеся в ней положения - в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в сохраняющем силу Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П, - служат основанием для отказа в назначении инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих, получающим пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, право которых на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года N 18-П, но которые не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).
Уточняя порядок исполнения Постановления от 20 декабря 2010 года N 21-П и пределы действия выраженных в нем правовых позиций во времени, Конституционный Суд Российской Федерации особо подчеркнул, что в силу статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации и части пятой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" выраженная в данном Постановлении правовая позиция, раскрывающая конституционно-правовой смысл части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ, подлежит учету правоприменительными органами с момента его провозглашения, т.е. с 20 декабря 2010 года.
Кроме того, принимая во внимание длящийся характер правоотношений по возмещению вреда здоровью, причиненного радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы, Конституционный Суд Российской Федерации признал за гражданами, не являвшимися участниками конституционного судопроизводства, решения по делам которых об отказе в исчислении размера ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности были вынесены и вступили в законную силу до принятия Конституционным Судом Российской Федерации Постановления от 20 декабря 2010 года N 21-П, возможность повторного обращения в органы, на которые возложены функции назначения и выплаты указанной ежемесячной денежной компенсации, за ее перерасчетом с момента вступления в силу данного Постановления Конституционного Суда Российской Федерации, а в случае отказа в перерасчете - в суд, с тем чтобы факт наличия вступившего в законную силу решения суда не мог рассматриваться соответствующими органами в качестве обстоятельства, препятствующего разрешению вопроса о перерасчете ежемесячной денежной компенсации на будущее время и тем самым - реализации гражданами права на ее получение в том же размере, в каком им были ранее исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью.
Само по себе указание Конституционным Судом Российской Федерации на такую возможность - исходя из характера и правовой природы принимаемых им решений - не означает, что он тем самым определил процедуру обращения граждан за перерасчетом соответствующей выплаты. Как отмечено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2014 года N 134-О, установление порядка перерасчета ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью является прерогативой законодателя; в то же время, поскольку порядок перерасчета ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью для инвалидов-чернобыльцев из числа военнослужащих в условиях отсутствия специального механизма реализации признанного за ними Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2010 года N 21-П права на выбор способа определения размера данной выплаты (в размерах, установленных пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", либо в размере, в каком им ранее были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью) не урегулирован действующими нормативными правовыми актами явным образом, для указанных граждан не исключается возможность обратиться с заявлением о перерасчете ежемесячной денежной компенсации как непосредственно в органы, уполномоченные на ее назначение и выплату, так и в суды.
В соответствии со статьей 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации и конкретизирующими ее положениями статей 6, 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" указанные решения Конституционного Суда Российской Федерации с момента их вступления в силу действуют непосредственно, не требуют подтверждения другими органами и должностными лицами, являются обязательными на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений.
3. В Постановлении от 7 февраля 2012 года N 1-П по делу о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" в связи с жалобой гражданина В.В. Авдонина Конституционный Суд Российской Федерации констатировал, что лица рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, проходившие службу в зоне отчуждения и признанные инвалидами вследствие заболеваний, обусловленных воздействием радиации в связи с чернобыльской катастрофой, наряду с военнослужащими и военнообязанными, призванными на специальные сборы и привлеченными к выполнению работ, связанных с ликвидацией последствий чернобыльской катастрофы, а также с иными гражданами, здоровью которых был причинен вред радиационным воздействием, относятся к единой категории инвалидов вследствие чернобыльской катастрофы и в соответствии с действующим правовым регулированием на равных основаниях с военнослужащими имеют право на возмещение вреда и меры социальной поддержки.
Подтверждением этому, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, является и предписание пункта 3 Порядка и условий возврата недополученных денежных компенсаций гражданам, подвергшимся радиационному воздействию вследствие чернобыльской катастрофы (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 8 июня 2001 года N 455), которым выплата неполученной денежной компенсации исходя из денежного довольствия в зависимости от степени утраты трудоспособности за период со 2 июня 1998 года по 15 февраля 2001 года была установлена как для военнослужащих, так и для лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел; тем самым правовая позиция, изложенная Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 1 декабря 1997 года N 18-П, в полной мере была распространена на лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, которые проходили службу в зоне отчуждения и были признаны инвалидами вследствие чернобыльской катастрофы, что согласуется с абзацем третьим пункта 2 части первой статьи 13 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" и конституционным требованием о возмещении ущерба, причиненного экологическими правонарушениями, на основе принципов справедливости и равенства, т.е. за лицами рядового и начальствующего состава органов внутренних дел на равных условиях с военнослужащими признается право на возмещение вреда здоровью, а следовательно, и право на получение после 15 февраля 2001 года как неполученных ранее денежных сумм, исчисленных из денежного довольствия, так и ежемесячных компенсаций в возмещение вреда здоровью в размере, исчисленном из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности.
С учетом изложенного Конституционный Суд Российской Федерации признал часть первую статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку содержащиеся в ней положения - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - не могут рассматриваться как препятствующие назначению инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, получающих пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, ежемесячных денежных компенсаций в размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).
Таким образом, правовая позиция, сформулированная Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 20 декабря 2010 года N 21-П применительно к гражданам - инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа военнослужащих, распространена Постановлением от 7 февраля 2012 года N 1-П и на лиц из числа рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, ставших инвалидами вследствие чернобыльской катастрофы. Соответственно, при решении вопроса о праве данной категории инвалидов на перерасчет получаемых ими ежемесячных денежных компенсаций в возмещение вреда здоровью и установление их в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (т.е. исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности), правоприменительными органами должны учитываться правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенные не только в Постановлении от 7 февраля 2012 года N 1-П, но и в Постановлении от 20 ноября 2012 года N 24-П, а также в Определении от 14 января 2014 года N 134-О.
4. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, его решение, которым подтверждается конституционность нормы именно в данном им истолковании и тем самым исключается любое иное, т.е. неконституционное, ее истолкование и применение, имеет в этой части такие же последствия, как и решение, которым норма признается не соответствующей Конституции Российской Федерации, что влечет утрату ею юридической силы, и такую же сферу действия во времени, в пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа, а значит, такое же, как нормативные акты, общее значение, не присущее правоприменительным по своей природе актам судов общей юрисдикции и арбитражных судов.
Решение Конституционного Суда Российской Федерации, в том числе то, в котором выявляется конституционно-правовой смысл того или иного законоположения, исключающий любое иное его истолкование, является окончательным, не может быть пересмотрено другими органами или преодолено путем повторного принятия отвергнутого неконституционного акта либо посредством применения нормативного правового акта в истолковании, расходящемся с его конституционно-правовым смыслом, а также обязывает всех правоприменителей, включая суды общей юрисдикции и арбитражные суды, действовать в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации. Иное означало бы, что суд общей юрисдикции или арбитражный суд могут осуществлять истолкование акта, придавая ему иной смысл, нежели выявленный в результате проверки в конституционном судопроизводстве, и тем самым подменять Конституционный Суд Российской Федерации, чего они в силу статей 118, 125, 126 и 128 Конституции Российской Федерации делать не вправе.
4.1. Юридическое последствие решения Конституционного Суда Российской Федерации, в котором выявляется конституционно-правовой смысл нормы, - прекращение ее действия (и, соответственно, применения) в неконституционном истолковании и, как следствие, утрата ею силы на будущее время в любом ином - расходящемся с выявленным конституционно-правовым - смысле, допускавшемся в прежнем ее понимании. Это означает, что такая норма - по общему правилу, вытекающему из статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации, частей первой, третьей и пятой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", - с момента вступления решения Конституционного Суда Российской Федерации в силу не должна толковаться каким-либо иным образом и применяться в каком-либо ином смысле, а правоприменительные органы обязаны учитывать сформулированную в нем позицию Конституционного Суда Российской Федерации относительно того, соответствует ли Конституции Российской Федерации данная норма по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой.
Таким образом, выявление Конституционным Судом Российской Федерации конституционно-правового смысла нормы, по сути, означает приведение правового регулирования, предусмотренного этой нормой, в соответствие с Конституцией Российской Федерации, что по своим правовым последствиям сопоставимо с изменением правовой регламентации отношений, относящихся к предмету регулирования данной нормы, а следовательно, должно учитываться правоприменительными органами при принятии к производству обращений граждан, поступивших к ним после вступления в силу решения Конституционного Суда Российской Федерации, содержащего конституционно-правовое истолкование правовой нормы, и основанных на выраженных в нем правовых позициях.
4.2. Поскольку в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 года N 1-П не содержится каких-либо оговорок, устанавливающих особый порядок его исполнения, сформулированная в нем правовая позиция, раскрывающая конституционно-правовой смысл части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" применительно к праву граждан - инвалидов вследствие чернобыльской катастрофы из числа лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел на ежемесячную денежную компенсацию в возмещение вреда здоровью, исчисленную исходя из денежного довольствия указанных лиц с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности, в соответствии со статьей 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации, статьей 78, частями первой и пятой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" подлежит учету правоприменительными органами с момента вступления в силу данного Постановления, принятого в порядке, предусмотренном статьей 47.1 названного Федерального конституционного закона, а именно с даты его официального опубликования, т.е. с 20 февраля 2012 года.
Между тем, как следует из документов, представленных в Конституционный Суд Российской Федерации гражданином А.А. Планкиным, часть первая статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ была применена в его деле судами общей юрисдикции без учета правовой позиции, сформулированной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 года N 1-П, в истолковании, расходящемся с ее конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации. Соответственно, неконституционная интерпретация ее положений повлекла за собой нарушение конституционных прав заявителя, восстановить которые (учитывая, что судебные постановления вступили в законную силу и прошли проверку в Верховном Суде Российской Федерации) невозможно без обращения на основании статей 46 (часть 1) и 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации в Конституционный Суд Российской Федерации.
Применительно к таким случаям, а именно когда та или иная норма постановлением Конституционного Суда Российской Федерации была признана не противоречащей Конституции Российской Федерации при условии ее истолкования и применения исключительно в выявленном конституционно-правовом смысле, но продолжает - вопреки требованиям статей 10, 15 (часть 1), 118 (часть 2) и 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации - использоваться в правоприменительной практике в интерпретации, расходящейся с ее конституционно-правовым смыслом, а подтверждение ее действительного конституционно-правового смысла, в том числе в связи с данным ей официальным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, необходимо для устранения фактов нарушений конституционных прав и свобод граждан в правоприменительной практике, Конституционный Суд Российской Федерации, как указано в его Постановлении от 7 ноября 2012 года N 24-П, вправе признать эту норму с учетом придаваемого ей официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой нормативного содержания не соответствующей Конституции Российской Федерации.
При этом пункт 3 статьи 43 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" (в редакции Федерального конституционного закона от 4 июня 2014 года N 9-ФКЗ) - в системной связи с положениями части второй его статьи 74, части первой статьи 96 и пункта 2 статьи 97 - не может рассматриваться как препятствующий принятию к рассмотрению в порядке конституционного судопроизводства жалобы гражданина на нарушение конституционных прав и свобод законоположениями, конституционно-правовой смысл которых ранее уже был выявлен Конституционным Судом Российской Федерации, если судебные решения по делу заявителя основаны на иной - неконституционной - их интерпретации, вступили в законную силу и прошли проверку в Верховном Суде Российской Федерации, а признание Конституционным Судом Российской Федерации этих законоположений не соответствующими Конституции Российской Федерации (с учетом процессуальных последствий этого решения) остается единственным средством восстановления нарушенных прав заявителя, поскольку иное противоречило бы Конституции Российской Федерации, ее статьям 15 (части 1 и 2), 46 (часть 1) и 125 (части 4 и 6).
4.3. Таким образом, поскольку в деле гражданина А.А. Планкина применение положений части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 года N 1-П, привело к нарушению прав заявителя, гарантированных статьями 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 42 и 53 Конституции Российской Федерации, устранение которого невозможно вне рамок конституционного судопроизводства, Конституционный Суд Российской Федерации полагает необходимым констатировать неконституционность этих законоположений в интерпретации, отвергающей ранее выявленный их конституционно-правовой смысл и позволяющей правоприменителям, в том числе судам общей юрисдикции, включая Верховный Суд Российской Федерации, после вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 года N 1-П отказывать в назначении инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, которые получают пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, но не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, ежемесячной денежной компенсации в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).
Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 6, 47.1, 71, 72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать часть первую статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 42, 46 (часть 1), 53 и 125 (части 4 и 6), в той мере, в какой содержащиеся в ней положения - в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в сохраняющем свою силу Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 года N 1-П, - служат основанием для отказа в назначении инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы из числа лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, которые получают пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, но не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).
2. Правоприменительные решения по делу гражданина Планкина Андрея Андреевича подлежат пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий.
3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
4. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Российской газете", "Собрании законодательства Российской Федерации" и на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru). Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации


Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Продолжение дела Рузайкина
СообщениеДобавлено: 11 дек 2014, 14:28 
Не в сети
Site Admin
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 мар 2007, 12:31
Сообщения: 808
Ссылка прокуратуры на ПКС

Изображение Изображение


Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 11 ] 

Часовой пояс: UTC + 4 часа [ Летнее время ]


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
Перейти:  

| |

Powered by Forumenko © 2006–2014
Русская поддержка phpBB